Церковно-приходскую летопись,   важное значение которой несомненно, писать в настоящее время не просто. Уже ушло поколение богатое на воспоминание  о добрых и трудных временах храма, о трагедии духовного разорения страны, о первых шагах возрождения православных традиций.

  Более двухсот лет прошло с тех пор,  как был открыт для богослужения Воскресенский храм в селе Нежитине. Воскресенский потому. Что главный престол этого трехпрестольного храма посвящен Воскресению Христову. Село, по названию храма получило второе название - Воскресенское. Так на карте Коршунского лесничества конца 19 века   село обозначено как Воскресенское. Исследования на эту тему приводят к мысли, что слово "Нежитино" появилось раньше.  Ведь наши далекие предки были до христианства язычниками, и наши места - не исключение. В языческую пору словом "нежить" называли всякую "тустороннюю" силу, вредоносную человеку: домовых, русалок, водяных, чертей и всех недобрых духов и божеств" (Словарь славянской мифологии, издательство "Русский купец и братья славяне", Нижний Новгород, 1996 г. стр.282). Опираясь на информацию старожилов и данные словаря, можно сделать вывод, что на данном месте  сначала появилось не селение, а кладбище, место захоронения: нежить, неживое. Со временем для борьбы с пугающей "нежитью" предки наши построили около  кладбища церковь. Это уже с приходом христианства, рядом с церковью построили дома. А селение, где есть церковь, уже в древней Руси считалось селом.

Церковь - главный признак села. Селение наше разделено оврагом, спускающимся к реке, в те времена к Устанке, сейчас к Унже, а  точнее к Юрьевецкому морю искусственного Горьковского водохранилища, часть селения расположилось с правой стороны оврага, где церковь, это село Нежитино, а  с левой стороны от оврага - Савино Завражье (т.е. за оврагом). Так было исстари и до недавних пор. Сейчас же немногие из молодых людей знают об этом. Далекие наши предки, начавшие заселять эти места в 9-10 веках  были меря, чудь, мордва. И сегодня  можно услышать о Коряковской волости, что простиралась в междуречье Волги и Вотгати. 

Первая церковь была деревянной. Дата ее основания не сохранилась, известно лишь то, что в ней случались пожары, она требовала постоянного ремонта, так как быстро подгнивала, и поэтому предки наши решились построить более прочный и долговечный храм. В справочной книге  "Костромских епархиальных ведомостей", изданной в Костроме в 1911 году, имеются сведения: "Воскресенская церковь села  Нежитина зданием камена, с такою же колокольнею, построена в 1803 г. тщанием  прихожан. Ограда каменная с железною решеткою, кладбище в церковной ограде. Престолов три: Во славу Воскресения  Христова, Введения во храм Пресвятой Богородицы, Святителя Мирликийского Николая Чудотворца. Расстояние от Костромы - 150 верст, от Макарьева - 62 версты, от почтовой телефонной станции, пароходной пристани и торгового пункта в г. Юрьевце - 18 верст,  от больницы  - 12 верст, от железнодорожной станции Кинешма - 70 верст.  Близлежащие церкви   сел  Хороброва и Коршунского  - в 10 верстах. Притч:   два священника,  диакон и  два псаломщика. Постоянные средства его - проценты  с  общего притчевого капитала в 2002 рубля. Притчевого дохода  при богослужениях  и требоисправлениях бывает до 700 рублей в год. Церковных  помещений для притча нет, квартирных денег не выдается. В пользовании притча состоит церковной земли  43 десятины 932 кв.сажени. Прихожан   - 1744 мужеского пола, 1845- женского. Пола.  По роду занятий приход сельскохозяйственный, оседлый. Раскольников нет. Приходских селений 30, дальнейшия восьми верстах от церкви. Препятствий к сообщению нет.  В приходе три земских школы.   Постоянные средства церкви -  проценты с капиталов общего назначения на сумму 550 рублей. 

Новая церковь строилась восемнадцать лет. В 1803 году было завершено строительство здания. Украшение храма, росписи, убранство - все это продолжалось годами. Храм постепенно совершенствовался, приобретал красоту и благолепие, становясь намоленным пространством. Велась и сохранялась опись работ и расходов, сбора средств с прихожан при строительстве храма и хранилась она, что поведали по памяти  из рассказов своих родителей старожилы села, у жителя деревни Шалыгино Васильева Василия Васильевича. Он передал опись своему сыну Матвею, а Матвей - своему сыну Осипу. В доме Осипа Матвеевича  в 1910 году случился пожар, и опись сгорела вместе с домом. Сведения же о строительстве церкви сохранились, передаваясь из уст в уста. Кирпич изготавливали прямо на месте в Нежитине из глины, которой в овраге села оказалось много, отчего в центре села образовался рукотворный овраг в виде большой  округлой ямы, переходящий в продолговатую балку, протянувшуюся в сторону речки, именуемой в наших местах Истоком, который впадал в реку Унжу.  Из деревень Хмельничного и Кондратова кирпич привозили обожженный, а Нежитинский кирпич не обжигали.  Кладку стен делали, чередуя обожженный кирпич с необожженным. Под фундамент храма  собирали камень с полей, а также из русла лесной речушки Леднихи. Куриное яйцо шло для крепости раствора, которое  жители деревень приносили строителям.   Строительство храма сплотило людей, единым миром преодолевали они трудности, помогали строителям во славу Божию. Все понимали значимость дела , ведь храм нужен всем жителям окрестных деревень, где совершаются таинства крещения, венчания, всевозможные обряды, исповеди и причастия. 

Стенное писание было положено в 1900 годах, в те же годы была сделана позолота , сделаны украшения. Резьба по дереву была сделана раньше. Очень богатым был иконостас летнего храма, с чудесными  дорогими иконами, одетыми в позолоченные ризы. Помещение от обилия света и яркости красок было наполнено радостью и ощущением бесконечности видимого и невидимого мира. Стенное писание изображало библейские сюжеты, земную жизнь Иисуса Христа. Высота купола в три этажа  обеспечивало прекрасную акустику . Устроители храма понимали всю значимость храма, именно поэтому  обустроено все было так, чтобы показать  величие, красоту убранства,  чтобы  вознесение молитвы и звон колоколов   создавали  ансамбль, чтобы  было радостно и благостно на  душе прихожан.

Первыми заботниками храма были священнослужители и весь притч, меценаты края. Немало средств вложили в строительство храма Старов Александр Васильевич,  Кузнецов Алексей Семенович,  Лохов Василий Иванович,  Пузырев Иван Васильевич. 

Звонница была с восьмью колоколами, колокол был таким громогласным, что наполнял всю округу междуречья Унжи и Немды, звон был слышан даже на переправе через Волгу . Прихожане, ехавшие на базар в город Юрьевец (20 км от Нежитина) слышали как ударяли в колокола к утреннему богослужению. Мужики снимали шапки и крестились , звон родного храма перепутать было невозможно.  Главный колокол храма весил 260 пудов и 28 фунтов, о чем гласило клеймо на его внутренней стороне, там же было указано из каких металлов он слит: медь, золото, платина. Везли колокол по реке Унжи до деревни Козлово (до Нежитина 4 км). Сгружали таском по большим тесовым трапом на деревянные сани в которые было вбито множество крюков. Пришли прихожане  с веревками, лошадьми и полотном для привязки. Вот так всем миром и тащили колокол до храма, а там, с помощью блоков водрузили его на звонницу. Первый звон колокола освятил междуречье своим звоном и укрепил веру прихожан.

Наступил двадцатый век. После 1920 года церковь отремонтировали: побелили снаружи, покрасили крышу, внутри - обновили  стенное писание. В церкви имелись прекрасные иконостасы резьбы по дереву. Их было несколько. В летнем храме был пятиярусный иконостас. Прихожане приобрели богатые  паникадила для освещения храма, колокола на звонницу: восемь колоколов (три больших колокола и пять поменьше). Главный колокол весил 260 пудов и двадцать восемь фунтов. Вес его был обозначен на нижней части колокола, там же была отметка,  где отлит колокол и из каких металлов: медь, золото и платина.   Колокольный звон Воскресенского храма был слышен даже в Юрьевце. Зимний храм был расписан по содержанию "Символа веры" (верую во Единого Бога-отца Вседержителя…), а летний - на тему библейских сюжетов, Старого и Нового заветов.

Начиная с  двадцатых годов  и до 1941 года, храм постигла общая участь российских храмов - разорение и разграбление святынь и гонения на священнослужителей и верующих. Такова была внутренняя политическая линия Советского государства. Колокола начали сбрасывать со звонницы  в 1928 году, а последний колокол сбросили в   сентябре  1939 года. В школьный музей села Нежитина  пришло письмо и фотография сброшенного колокола. Прислал это Евгений Евгеньевич Рубинский , сын псаломщика Евгения Рубинского. На обратной стороне фотографии было написано "Большой 450-пудовый колокол Нежитинской церкви, сброшенный в 1928 году по приказу  председателя сельсовета Борисова". 

  Многие священники края были репрессированы, некоторые  погибли в лагерях, среди которых Николай  Скворцов ,   Прелидиан Промптов,    Сергий Лицов,   Александр Оделевский, да и церковным 

старостам досталось, как не вспомнить   Матвея Федоровича  Флягина или  Дмитрия Никитича Кузьмина. Подвергнуты  репрессиям за веру  и получили различные сроки ссылки жители края - Флягина Серафима Ивановна, Оделевская Мария Федоровна, Кузнецова Любовь Ивановна (монашина), ее сестра Кузнецова Клавдия, Софронов Иван Владимирович, Левин Василий Давыдович, Кузнецов Алексей Семенович и другие.

   После  арестов священников  приехал в Нежитино   о. Александр Лебедев, который и  стал последним священником в Нежитинском храме.   У него было четверо детей, а жить ему  было негде. И вот  всей церковной двадцаткой  решили строить церковную сторожку, однако земли сельсовет не дал, и решили строить на церковной земле у самой церкви.   Отец Александр прослужил недолго. Местная власть осуществляла политику государства того времени, направленную на уничтожение веры. Одним из методов был метод обложения духовенства непосильными налогами. Такому воздействию был подвергнут о.Александр Лебедев. В течение двух осенних месяцев 1940 года он дважды облагался крупными размерами налогов. Накануне храмового праздника Введения во храм пресвятой Богородицы он вынужден был отказаться от службы в храме, хотя верующее население пришло в этот день в церковь.    От переживаний он заболел, его парализовало. Семья к этому времени, осознавая безысходность своего положения, выехали,  кто куда. Матушка Фаина пыталась  раздать иконы и символы веры по домам прихожан, но никто не взял,  все боялись репрессий и доносов. Тяжело больного священника отца Александра приютили чужие люди,  который вскоре скончался.  Священник Порфирий  Андреевич Скворцов, старый,  немощный и слепой старик, сколько мог,  продолжал вести службы до полного закрытия храма.

После закрытия храма внутреннее убранство - иконостасы, иконы, принадлежности, библиотека, частично увезено в г. Юрьевец,  остальное подверглось  уничтожению. Храм на долгие годы превратили в зерносклад.

Благодаря сопротивлению верующего местного населения, постоянно боровшегося за  выдворение зерносклада из храма, помощи областного Общества охраны памятников истории и культуры, к которому обращались люди за помощью, здание было сохранено. 

В 1988 году, наконец, на просьбы и многочисленные ходатайства местного верующего населения об открытии храма для богослужения было два заседания Совета по делам религий  при Совете Министров СССР, 30 августа вынесено постановление о регистрации религиозного общества Русской православной церкви в селе Нежитине и о передаче вновь зарегистрированному  обществу здания  Воскресенской церкви, а  4 декабря в храме была совершенна первая Божественная литургия по благословению архиепископа Костромскаго и Галичского Кассиана. В храме пребывает частица мощей преподобного Макария  Унженского чудотворца, Животворящий Крест Господень (17 в.) и икона с частицей гроба блаженной Матроны Московской.

Сегодня Нежитинский храм продолжает  собирать под свой свод прихожан и , значит, летопись храма продолжается.

                                                                                                       А.Антонова